авторы компании
Хитов:
61043
Теория и педагогика
Хитов:
2635
Дизайн интерьеров
Хитов:
26
Промдизайн

 


КШИШТОФ ЗАНУССИ. НАД ВКУСОМ НУЖНО РАБОТАТЬ.

Жанна - ПАЖ
20.11.2014

«Где дизайн, а где кино?!» — скажете Вы и будете неправы! Дизайн, возможно, одна из наиболее полифонических областей человеческой деятельности, вбирающая в себя все живое, актуальное, эффективное. Совсем уж неискушенный человек не подозревает, что первое, с чем сталкивается  зритель в кино — это дизайн. Титры к фильму давно выделились в отдельную область медиа-дизайна. Шрифты, использованные в них — спроектировали дизайнеры-тайпографы. Монтаж и спецэффекты — работа медиа-дизайнеров, костюмы — фэшн-дизайнеры, мейк-ап — стилисты… и так — до последнего шурупа. Ну и главная персона на съемочной площадке — режиссер не может не иметь дизайнерского мышления. С одним из «наших людей в кино» беседует фэшн-редактор портала Жанна ПАЖ.



10 августа состоялся предпремьерный закрытый показ фильма известного польского режиссера  Кшиштова Занусси «Инородное тело». Картина рассказывает о роли веры в современной общественной жизни, о молодом итальянце Анджело, состоящем в одном из движений католической церкви, и его девушке, которая неожиданно решила стать монахиней.

Жанна ПАЖ: Пан Занусси, было ли в начале вашей жизни моменты, которые бы предвосхищали  то, что Вы станете режиссером? Может вспомните игры, в которые играли с ровесниками…?

Кшиштов Занусси: И да и нет. (Смеется…) «Да нет», как по-русски говорят. Был один факт... Правда, я не знаю, насколько вашей публике будет понятно… Вспоминаю первомайские дефилады (парады), период элементарной школы, мой третий-четвертый класс… Когда меня обвинили, что я имел ироническую мину, стоя перед трибуной… И выгнали из школы. Благодаря стараниям моей матери, кто-то позвонил и меня вернули в школу.  Вероятно кто-то из людей, которых мама спасла во время войны (на момент школьного конфликта они уже жили в Израиле). Ситуация разрешилась. Но я знал, что на следующий год мне придется  снова идти на первомайскую дефиладу и вся школа уже будет смотреть, есть у меня ироническая мина или нет… И я тогда придумал, что можно организовать сатирическую группу с друзьями! И мы не будем мы!... Мы будем персонажами… И это меня спасло. Уже потом я подумал, что это был первый шаг в направлении к режиссуре…

ПАЖ: Какое из философских течений Вам ближе по Вашим убеждениям?
К.З.:  Мне был близок христианский экзистенциализм, который появился в сороковые годы. К нам он пришел с опозданием. Вообще, я смотрю на разные течения в философии. Это не религия, не вера. Безусловно, я плохо отношусь к постмодернизму. Это тоже переходная философия. Она, конечно имеет свои достоинства… Но она много нанесла вреда тем людям, которые в нее поверили.

ПАЖ: Что для Вас важно в формировании личности? Какие этапы?
К.З.:  Боже! Я только что на эту тему написал книжку. Если она выйдет в России, я буду только рад!

ПАЖ: За что Вы не можете не уважать человека?
К.З.: Уважать человека нужно в любом случае, даже, если он полный идиот…Потому, что нужно уважать в нем человека, его поступки можно не уважать.

ПАЖ: С какими актерскими школами Вы сталкивались в своей практике. Отдаете ли какой-то конкретной предпочтение?

К.З.: Зависит от того, что мне нужно…Если в театре, в кино я обращаюсь к определенной поэтике, значит мне подходит то, что «пошло от Станиславского». Но я обожаю смотреть спектакли, которые основаны на абсолютно другой школе, скажем школе полного экспрессионизма. Но я их не буду ставить. Мне интересно, но для меня это чужое.


 

ПАЖ: Каким образом достигается сыгранность актерского состава? При условии, что у каждого актера своя органика, школа, характер….
К.З.: Все зависит от кастинга. От того, как я их подобрал. Если они попадают на свои роли, у них будет сотрудничество. Но может быть допустим даже конфликт. Если два персонажа не находят ни на сцене, ни на экране общий язык и, если они и в жизни его не находят, это бывает и к лучшему…

ПАЖ:  Как Вы строите работу с актерским составом? Бывают ли для кого-то исключения?
К.З.:  Постоянные исключения! Все должны думать, что именно для них. Нет времени на долгий ответ, к сожалению. А здесь есть красивые замечания… Вы знаете, в моем парижском доме жил Тарковский перед смертью. Я попросил, чтобы он расписался в книжке гостей и вклеил свою фотографию… В итоге он вклеил фотографию со своего разрешения на проживание во Франции. В разрешении был один  пункт                  (особенности). Понимаете да? Всегда есть какая то метка на лице или еще что-то… И  он рядом добавил: « Я весь особенный».

ПАЖ: В этом весь Тарковский! Насколько свободен актер, работая с Вами? Вы диктатор на площадке?
К.З.: Когда только начинал свою карьеру - боялся, чтобы актера не потянуло в неожиданном направлении. А в моем нынешнем возрасте я всем предлагаю «делайте мне предложение, а я буду выбирать. Я не хочу вам ничего подсказывать, потому что важна органика, когда человек играет от себя». Случается, конечно, когда актер вынужден играть того, на кого он совсем не похож… Но, если он хочет играть, мы найдем способ адаптации к роли.

ПАЖ: Бывали ли случаи расставания с актером по какой-то причине?
К.З.: Не было такого, чтобы я уволил актера. Хотя, были конфликты. Основная причина - это игра страхов. Актер и я… Мы все боимся провала. И иногда человек от этого страха не может освободиться. Все зависит от моего выбора. Если я выбрал правильно актера, тогда проблем не будет.




ПАЖ: Если коснуться темы премьеры нынешнего сезона…. Что определило тему, проблематику картины? И, как долго вынашивалась идея?
К.З.: Я довольно долго «над ней сидел». Создал театральную пьесу, в которой есть один из мотивов этой истории. Эта пьеса была поставлена, я сам поставил на польском телевидении. Так что если сложить все вместе, получится срок, равный  шести годам от момента появления первой мыли на эту тему.

ПАЖ: Что лично для Вас является критерием качества удачной картины?
К.З. : Вы знаете… Если я на следующий день ее хорошо помню.

ПАЖ: Каким образом происходит поиск темы для новой картины? Что ее может спровоцировать?
К.З. : Десятки наблюдений и те наблюдения, которые тянутся за мной много лет. Бывает момент, когда складывается такое впечатление:  «Нужно сегодня рассказать!». А есть такие, которые лежат долгие годы, ждут своего момента. Есть большое кладбище моих сценариев. Жаль их, конечно. Я думал они будут лучшими моими картинами.




ПАЖ: Я как-то общалась с итальянцами и высказала свою симпатию кинематографу Фэдерико Филлини. На что они ответили: «Ооооо, ему все время нужны деньги, он все время хочет снимать кино». Мне, честно ,не понравился ответ. Была удивлена… Какой отклик имеют Ваши картины у Ваших соотечественников?
К.З. : Есть и положительный отклик, есть и ненависть. Это нормальная часть нашей жизни. Сейчас на меня пошла огромная волна сопротивления со стороны радикальных феминисток. Но я тоже с ними не согласен. И я не согласен с поклонниками политической корректности. Считаю, что это не самое большое достижение человечества. Политкорректность- это дешевый вариант решения серьезной проблемы. Политкорректность говорит: «Не произноси того, что кому-то может не понравится». А иногда надо сказать то, что кому-то не понравится!

ПАЖ:  Проблематично ли финансирование фильмов?
К.З. : Конечно. Постоянно. Это вечная проблема.

ПАЖ: И хочу упомянуть еще одно имя, правда всемирно известного дизайнера света Инго Мауэра….Как-то имела повод с ним пообщаться. Он неоднократно создавал и создает работы, которые можно объединить одним  термином «белиссимо брутто» , что означает ….прекрасное безобразность. Как Вы относитесь к этому термину? Насколько оно актуально в современном искусстве?
К.З. :  Трудно сказать. Востребовано, безусловно. Это сложный вопрос, который касается того, как построено наше общество. И, как построено общественное мнение. Здесь огромные проблемы. Если что-то  нравится большинству, это не означает, что это хорошо. То, что прекрасно продается, тоже не означает, что это хорошо. Пример из искусства - работы Херонима Боша (Иеронима Босха), он употреблял не красоту для выражения красоты.

ПАЖ: Вы как-то сказали: «Искусство рождается с момента, когда мы делимся нашими сомнениями, нашей слабостью, когда мы показываем наши недостатки и нашу искреннюю веру…» В обратном случае нет искусства?
К.З. : Боюсь, что да. В обратном случае есть развлечение, а не искусство.

ПАЖ: Что Вам более по сердцу? Работа на сценической площадке или на съемочной
К.З. : На съемочной площадке, безусловно. А еще больше удовольствия доставляет сидение за столом, когда сочиняешь сценарий.

ПАЖ: Какую часть искусства Вы бы отнесли к псевдоискусству?
К.З. : Знаете, Жанна, с этим определением стоит быть острожными. Я не критик. Не мне судить. Но огромная часть развлекательной деятельности современного шоу бизнеса только претендует на то, чтобы называться искусством. А на самом деле является настоящим кичем и низкой попсой. Этого я не переношу. Считаю, что недостойно этим заниматься, как недостойно кушать фастфуд и слушать дешевую музыку. Это портит вкус, а над вкусом нужно работать.

ПАЖ: Имеет ли право на жизнь бюджетное кино?
К.З. : Право на жизнь имеет все. Вопрос, конечно, состоит в том, стоит ли поддерживать плохие картины. Но пока мы не знаем, что они будут плохие…мы их поддерживаем. А бывают провалы. Я, как продюсер сам это пережил несколько раз. Надеялся на картину, а картина оказывалась неудачной. Что делать? Потеряны деньги.
Вспомним картину Висконти  «Гепард» (1963) с гигантской сметой, без которой картину было бы снять невозможно. Великолепная картина! Не стоит замахиваться, если нет способностей, если нет денег. Американская картина «Война и мир» одна из великих картин с огромной сметой, «Живаго» также…

ПАЖ: И в завершении нашей беседы, хочу попросить Вас озвучить мысль, которой Вы поделились на творческой встрече, мысль о Вашем отношении к сериалам.
К.З. : Сериал это низкое искусство, потому что оно противоречит тому достижению европейской культуры, которое началось от греческой драмы, трагедии. В сериале нет переломных моментов жизни. Даже если появится Гамлет, завтра должен появиться «сын Гамлета», иначе сериал остановится. Наличием переломного момента отличается наша культура европейская от азиатской, от индусской, от китайской… Они этого момента в повествовании не имели. Да. Событие и переломный момент, чего в сериале не может быть. Поэтому в сериале всегда «каша», жизнь, которая прошла через мясорубку. В нем жизнь «постоянно идет вперед» и ни на чем нельзя остановиться. Для актера сериал – это смерть.

ПАЖ:  Умеете ли Вы прощать? И что простить не сможете?
К.З. : Я должен уметь прощать. А насколько умею? Надеюсь, что все могу простить.

ПАЖ: На творческой встрече Вы сказали, что зло всегда побеждает. Я правильно поняла?
К.З. :  В жизни да. Но только в жизни.

ПАЖ: Вы считаете, что всегда побеждает???
К.З. : Чаще да. Надо этого ожидать. Если зло не победит – это чудо!












Вы здесь: ПОРТАЛ ноосфера интервью КШИШТОФ ЗАНУССИ. НАД ВКУСОМ НУЖНО РАБОТАТЬ.

Яндекс.Метрика