авторы компании
Хитов:
9290
Дизайн интерьеров
Хитов:
6777
Хитов:
3691

 


ЖИЛАЯ СРЕДА. ДВИЖЕНИЕ К УНИВЕРСАЛЬНОМУ БУДУЩЕМУ. ЧАСТЬ 1

Веб-резиденция профессионального дизайна
20.12.2016

Статья анализирует одну из актуальных тенденций искусственной предметно-пространственной среды – универсализацию. Эта тенденция сегодня проявляется, в основном, при наличии экстремальных условий жизнедеятельности и направлена на преодоление морфологического конфликта, существующего между целостным и универсальным человеком и создаваемым им множественным и специализированным предметным миром. Развитие в направлении преодоления этого конфликта обуславливается наличием организационной модели самого человека и характера его взаимодействия с собственным организмом. Рассматриваются следующие аспекты универсализации предметной среды: «распредмечивание», многофункциональность, интерактивность, индивидуализация, структурная и эмоциональная изменчивость.

«…делать больше и больше с помощью всё меньшего и меньшего,
пока однажды не станет возможным делать всё без ничего» (Б. Фуллер)

Футурологическое прогнозирование – занятие чрезвычайно интересное, но не простое. При ближайшем рассмотрении может показаться, что неизвестных в этом уравнении слишком много, и совершенно невозможно что-либо предполагать. И всё же, делать это необходимо, поскольку даже самое общее понимание перспектив помогает выходить на инновационные решения. Об этом, как о необходимости «двигаться, глядя не под ноги, а, пытаясь заглянуть как можно дальше вперед», говорит Филипп Старк (1).

В футурологии предметной среды (а это - всё искусственное предметно-пространственное окружение, создаваемое человеком, его «вторая природа») существует, по крайней мере, два подхода. Первый склонен обращаться к артефактам прошлого, видеть в них присутствие «человечности» и духовности, которые кажутся утерянными сегодня в материальной культуре. Этот подход можно определить как традиционное проектирование, предполагающее не качественные изменения предметно-пространственной среды, а лишь модификации ее отдельных аспектов. Можно сказать, что, раз моделью здесь служат достижения прошлого, то эти качественные изменения почти невозможно себе представить. Таким образом, изменения здесь не предполагаются и в сознании самого человека, поскольку предметная среда, как и всё, что человек создаёт, служит его отражением.

Второй подход максимально ориентирован в будущее. Можно назвать его футуристическим. В целом, он опирается на последние высокотехнологичные разработки и самые фантастические плоды их потенциальной интеграции в будущем. К сожалению, здесь изменениям в сознании человека так же не уделяется должного внимания, а индивидуальные особенности взаимодействия со средой обобщаются. В этой модели человек с современным сознанием «посылается в будущее», что вызывает у него вполне понятный ужас и неприятие холодной техногенной среды, нашпигованной техническими устройствами.  

В то же время, изменения в характере нашего восприятия окружающей реальности и взаимодействии со «второй природой» ощутимы даже в пределах нескольких современных поколений: мир сжался, он стал достижим. Добраться с одного континента на другой сегодня уже не представляет особой сложности, поэтому и происходящее на другом континенте сегодня всё больше ощущается как часть достижимой реальности. Предметная среда, и, в особенности, техника, настолько плотно вошли в нашу жизнь, что, к примеру, утеря такой нематериальной субстанции как аккаунт в Интернете, может восприниматься как личная трагедия. Более того, сознание человека в тех же сетях обретает значение до определённой степени независимое от его физического существования. Одним словом, сознание начинает охватывать всё большие пределы реальности, техника становится частью нас, а мы – частью техники.

Исследователи сознания сегодня говорят о том, что человек стоит на рубеже значительных изменений. Одним из главных здесь предполагается развитие от современного фрагментарного мышления, к будущему холистическому (или целостному). В качестве одной из причин таких изменений называется чрезвычайный и возрастающий в геометрической прогрессии рост поступающей информации. По мнению Роберта Антона Вильсона, современное аналитическое сознание окажется просто не в состоянии справляться с таким объемом, что спровоцирует развитие иных механизмов восприятия и мышления (2). Теренс Маккенна предполагал, что причиной развития холистического сознания станет феномен не трёх-, а гораздо более многомерной виртуальной реальности будущего, которая займёт в жизни человека несоизмеримо большее значение, чем сегодня (2). Развитие целостности сознания, по мнению учёных, может сопровождаться такими феноменами как рост интуиции (согласно Владимиру Вернадскому, даже в области научного знания); а в восприятии акценты смещаются в область межобъектных отношений (Маршалл Маклюэн). Немецкий философ Томас Метцингер и вовсе говорит о том, что история человечества еще даже не началась, но она начнётся, когда человек «выйдет из пещеры своего Эго» (3). Таким образом, есть все основания предполагать в будущем весьма значительные изменения в сознании человека, которые невозможно не учитывать в футур-прогнозах жилой среды: сегодня для нас неприемлемо многое из жизни и быта человека прошлого, и точно так же, для человека будущего будет неприемлемым многое из современности.

Кроме того, структурные изменения самой предметной среды сегодня служат лучшим подтверждением трансформаций в сознании. В частности, отмечается рост системности, целостности и интегрированности предметно-пространственного окружения, где примерами могут служить кухонные блоки, многофункциональные рабочие места, интерьеры транспортных средств и другие феномены. Безусловно, сегодня в некоторых областях (к примеру, в многофункциональном ручном инструменте) структурные изменения проявлены более рельефно, чем в других (например, в узкоспециализированных предметах мебели или крупномасштабной архитектуре), о чем речь пойдёт далее. Однако организационно-структурные изменения одной области предметного пространства могут рассматриваться и как потенциальные изменения другой, поскольку источник у них один – сознание человека.

Наконец, еще одной группой факторов, которые не учитывают вышеописанные подходы (традиционный и футуристический), являются изменения среды. Они, кроме прочих, включают демографические и гео-экологические изменения. Так называемая, «несущая способность» планеты давно превышена, а мы продолжаем делать вид, что ничего не происходит, и в будущем всё будет по-прежнему. Учёные даже ведут исследования такого психологического феномена как игнорирование отдельной личностью экологических проблем планеты. Это явление как раз принадлежит к рудиментам фрагментарного мировосприятия: «мой объект – вот эта стрелка», а что далеко, то меня не касается…

Между тем, прогнозы исследователей весьма неутешительны. Будущим поколениям придётся иметь дело, по крайней мере, с загрязнённой атмосферой, нехваткой питьевой воды и повышением уровня мирового океана. Многие из этих проблем могут спровоцировать массовые миграции, что, по всей видимости, в корне изменит образ жизни значительной части населения планеты.

Становится очевидным, что перспективы предметно-пространственной среды, помимо анализа развития технологий, должны рассматриваться в контексте изменений двух ключевых факторов - сознания человека и природных условий. Эту взаимосвязь содержит в себе концепция Николая Якуничева (Профессора СПГХПА им. Штиглица), который рассматривает любой искусственный предмет в качестве посредника во взаимодействии человека с окружающим миром (4). Соответственно, отмечается, что в своей структуре любой рукотворный предмет содержит организационные черты обоих участников этого взаимодействия – открытой природы и человека.

Долгое время в организации своей жилой среды человек подсознательно руководствовался моделью природы, которую стал наблюдать «со стороны». Такое восприятие начало формироваться с появлением зеркальных нейронов в мозге человека (75 тысяч лет назад)(5) и формированием того самого Эго, будущее исчезновение которого, но уже на качественно ином уровне, предрекает профессор Т. Метцингер. Став «сторонним наблюдателем» мира (чему так же свидетельствуют первобытные наскальные росписи), человек увидел открытое горизонтально ориентированное пространство и разбросанные в нём отдельные «специализированные» объекты (камень, дерево, холм и т.д.). Всё это, кроме других организмов, было статичным, а перемещался в этом пространстве от объекта к объекту сам человек. Модель открытой природы стала моделью организации жилой среды фактически с момента освоения человеком пещеры и первых построек, и до наших дней. Парадоксально, но со структурно-организационной точки зрения, самая современная квартира – это лишь «тюнингованная» версия древней избы. И, кажется, может ли быть иначе?

Однако тенденции говорят о том, что, поскольку предметно-пространственная среда создаётся человеком и для него, то по мере её развития, она начинает испытывать всё большее влияние организационной модели человека, его организма (и сознания). Эта модель фактически служит структурной противоположностью модели открытой природы.

Теория организмоподобия искусственной среды имеет свою историю: Эрнст Капп и Павел Флоренский развивали термин «Органопроекции» как причину и прототип создания человеком техники; Уильям Роберт Каттон мл. назвал человека «протезированным животным» и рассматривал всё искусственное окружение человека как, своего рода, протезы, дополняющие и развивающие его возможности (очки – протез более зорких глаз, самолёт – протез крыльев, компьютер – протез более объемной памяти и т.п.) (6); архитектурная группа японских Метаболистов в своём теоретическом и проектном творчестве развивала идею организмоподобного «обмена веществ» и регенерации элементов в жилой среде и урбанистическом пространстве и т.п.. Н. Якуничев расширяет идею подобия предметной среды организму до концепции её подобия Органичной Целостности, поскольку представляется, что человек - это только частный случай такой организации, которая распространяется и на «организм» планеты, и, по всей видимости, за ее пределы. Однако, именно человек создаёт предметный мир, приспосабливает его под себя, поэтому можно говорить и о его растущем антропоморфизме, и о развивающемся организационном подобии модели человеческого организма (и сознания).

Модель эта в структурном плане характеризуется следующим образом: человек целостен, все элементы его организма глубоко взаимосвязаны и взаимозависимы, он мобилен в пространстве, универсален (изменчив, гибок в своей морфологии), его общая организация поливалентна вопреки силе гравитации. Наконец, отдельного внимания заслуживает взаимодействие человека с собственным организмом. В отличие от стороннего наблюдения открытого природного пространства («я и мир вокруг»), здесь имеет место «нестороннее» процессуальное восприятие. Со стороны мы воспринимаем себя лишь при рассмотрении в зеркало (а так же в особых случаях чрезмерного внимания к производимому впечатлению), и в случае возникновения проблем со здоровьем. Обычно же, мы не задумываемся о том, как взаимодействуем со своим телом, не решаем, «какой ногой шагать». Тело без каких-либо посредников воспринимает наши ментальные импульсы, реализует решения нашего сознания.

Так, если отправной моделью в создании предметно-пространственной среды вполне логичным образом стала природа, которую человек увидел вокруг себя, то вектором ее организационного развития видится сам человек, его морфологическая структура и характер взаимодействия с организмом. При этом сегодня целостный и универсальный человек пока в значительной степени продолжает взаимодействовать с дробной и специализированной искусственной средой, что составляет, так называемый, морфологический конфликт. Совершенно невозможно охарактеризовать наш целостный организм как обладающий той или иной конкретной функцией или назначением; он даже не многофункционален (это так же звучало бы как ограничение), он именно универсален, в то время как наше предметное окружение состоит из массы узкоспециализированных объектов. Для людей, чьё взаимодействие с миром носит, своего рода, экстремальный характер и в особенности требует разнообразных инструментов (к примеру, для матерей с младенцами, пожилых людей и людей с ограниченными возможностями), морфологический конфликт с множественным специализированным окружением может превратиться в настоящую количественную катастрофу 

И, тем не менее, именно экстремальные обстоятельства жизнедеятельности меняют условия реализации традиционной «природной» модели в организации предметно-пространственной среды и, тем самым, катализируют инновационный подход. К таким обстоятельствам относится инвалидность пользователя, присутствие атмосферы, агрессивной по отношению к человеку (под водой, в космосе), фактор скорости (к примеру, в случае транспортных средств), нехватка пространства и других ресурсов, сложные климатические условия. 

Анализируя, можно заметить, что эти и другие экстремальные обстоятельства активизируют проявление черт Органичной Целостности в организации предметной среды. К примеру, простая нехватка пространства, которая в современной жилой среде пока всё еще воспринимается как фактор негативный, часто рождает компактные, трансформируемые и многофункциональные решения. Кроме того, искусственные объекты и среды, используемые при компактном пространственном расположении вокруг тела человека, обладают значительно большей морфологической универсальностью, чем среды просторные. Особенно примечателен в этом смысле космический скафандр - скорее среда, в которую человек входит, нежели носимая одежда. Но и сама космическая станция как инструмент пребывания космонавта в состоянии невесомости и среде, агрессивной по отношению к человеческому организму – пример инновационной организации.

Первые попытки создать на МКС среду для пребывания человека в своей структуре опирались на традиционные представления о комфорте (наличие силы гравитации): на станции предполагались столы, стулья, диваны…

Однако разработчики очень быстро поняли нецелесообразность этого традиционного решения в пространстве свободном от гравитации. Современная организационная структура станции крайне отлична от структуры жилой среды на земле: это очень целостное интегрированное пространство, где нет верха и низа, нет привычной горизонтально-линейной организации 

 

Ксения Якуничева
Выпускница СПГХПА им. Штиглица,
аспирант Технического Университета Тампере

Продолжение следует...

 

 

 





Вы здесь: АВТОРЫ теория ЖИЛАЯ СРЕДА. ДВИЖЕНИЕ К УНИВЕРСАЛЬНОМУ БУДУЩЕМУ. ЧАСТЬ 1

Яндекс.Метрика